Виктор Кокшаров: Мне незачем замыкать на себе политические рычаги

После того как 18 июня 2007 года губернатор Свердловской области Эдуард Россель подписал указ о назначении министра внешнеэкономический связей региона Виктора Кокшарова председателем правительства области, прошло два месяца. Новый премьер уже успел войти в курс дел, разобраться с текущей ситуацией в области и проявить себя в качестве достаточно жесткого руководителя. Виктор Кокшаров согласился дать экспертному каналу «УралПолит.Ru» эксклюзивное интервью и рассказал, что не намерен втягиваться в придворные игры политбомонда, что считает партию «Единая Россия» самой лучшей, но более тесного сотрудничества с ней не хочет, что саммит глав государств ШОС – это по большому счету лишь повод для привлечения федеральных средств на развитие области. Пока окончания беседы дожидался в приемной гендиректор УГМК Андрей Козицын, премьер рассказывал корреспонденту «УралПолит.Ru», какая у него мечта и поделился своим взглядом историка на национальную идею России.

Виктор Анатольевич, не прошло двух месяцев после назначения вас премьером, как вы стали и.о. губернатора. Как чувствуете себя первым лицом, насколько сложной кажется для вас эта работа?

Я не первое лицо, я второе, начнем с этого. Первое лицо у нас губернатор. Сейчас я временно исполняю обязанности губернатора. Ощущения – сложно, иной раз приходится очень тяжело, и морально, и физически, потому что огромный объем информации сваливается на голову, приходится оперативно принимать решения. С другой стороны – новая сфера деятельности, очень интересно. Трудно, но интересно.

Планируете ли сделать оперативные заседания правительства открытыми?

Я уже отвечал на этот вопрос – я считаю, что особой необходимости в этом нет, потому что любое совещание проводится не для того, чтобы показать себя прессе, какие мы хорошие, а для того, чтобы обсудить какие-то вопросы. Иногда это проходит в жарких спорах, дискуссиях, и не всегда это нужно выносить на обозрение. А результаты уже мы выносим для СМИ, и для этого мы возродили систему брифингов после заседаний. Туда приглашаются все министры, члены правительства, которые обсуждали какие-то вопросы в ходе заседания, и им можно задать любые вопросы.

Кто, по вашему мнению, займет пост министра экономики и труда? Будете ли по примеру курганских властей проводить политику омоложения коллектива?

Политика омоложения коллектива происходит, но это обусловлено новыми вопросами, которые стоят перед экономикой региона. Кроме того, существуют возрастные ограничения для нахождения на государственной службе. Омоложение будет происходить, но постепенно. Правительство – это единая слаженная команда, и брать каких-то молодых мальчишек с улицы смысла я не вижу. Должен быть баланс опыта и молодости, и человек должен обладать определенным набором знаний и опытом решения управленческих задач. Любой коллектив должен омолаживаться, но стоит перегнуть палку в ту или иную сторону, как механизм дисбалансируется.

А что касается вакансии министра экономики?

Это вопрос будет решен в ближайшие месяцы совершенно спокойно. Как только пройдут согласования кандидатур. Как только правительство примет решение, вы сразу же об этом узнаете.

После реорганизации системы управления регионом правительство фактически стало подконтрольным администрации губернатора – часть функций, реальных политических рычагов было изъято. Прокомментируйте, пожалуйста, эти изменения.

Вообще-то у нас один руководитель области – это губернатор Эдуард Россель. Это политическое руководство. Правительство области, по большому счету, это орган оперативного хозяйственного управления, который руководит социально-экономическим развитием. И замыкать на себя какие-то политические полномочия – ну зачем?! Наша главная задача, задача правительства – чтобы в домах было тепло, чтобы строились и ремонтировались дороги, чтобы жители региона получали вовремя медицинское обслуживание, качественное образование, чтобы они, придя в магазин, находили то, что ищут, и чтобы у них как минимум в кармане было не пусто. По большому счету, это и есть самая важная политическая функция – делать так, чтобы область динамично развивалась.

Собираетесь ли вы по примеру вашего предшественника делать партийную карьеру?

Я как председатель правительства должен поддерживать диалог со всеми партиями и общественными организациями независимо от моей партийной принадлежности. Для меня сейчас главное – не собственно принадлежность моя к какой-то определенной партии. Я разделяю партийные идеалы «Единой России», я говорю совершенно искренне, что считаю эту партию единственной партией реальных дел. Но при этом я считаю, что для меня главное – не партийная принадлежность. А необходимость работать со всеми политическими партиями. У всех какие-то общие идеалы есть.

Сейчас весь регион, можно сказать, живет в преддверии саммита ШОС. В Екатеринбурге и пригороде предполагается выстроить достаточно большое количество гостиниц. А что будет с ними после саммита, зачем нам столько гостиниц? Екатеринбург – это, по большому счету, бизнес-центр. Будут ли проводиться какие-то мероприятия по повышению привлекательности региона?

Вы знаете, у нас не хватает гостиниц – причем гостиниц сетевых, гостиниц достаточно высокого уровня, начиная с трех звезд. Категорированных гостиниц у нас очень и очень мало. Если мы говорим о том, что Екатеринбург – это столица Свердловской области, столица Среднего Урала, это важнейший центр, то мы должны и соответственным образом перестроить инфраструктуру города, для того, чтобы принимать не только глав государств, но и бизнесменов. Людей из других регионов.

А сейчас тем, кто приезжает к нам, негде жить?

Когда проходят какие-то большие конференции, форумы, то им действительно негде жить. У нас хороших гостиниц очень мало. И я вас уверяю, что все эти гостиницы и до саммита и после него будут обязательно заполнены.

А что касается повышения привлекательности?

Конечно, мы способствуем развитию въездного туризма – сейчас принята областная целевая программа по развитию туризма. На это выделяются бюджетные средства, всячески содействуем развитию транспортного сообщения – вы знаете, что делается сейчас в аэропорту Кольцово. Для того чтобы привлекать сюда туристов, нужно создать для них нормальные условия для проживания, начиная с аэропорта. Если человек приезжает в хороший аэропорт, едет по хорошей дороге, селится в качественной гостинице, он приедет сюда еще не раз.

Мы развиваем сети иностранных консульств – и эти консульства тоже с одной стороны способствуют выездному туризму, так как выдают визы, но они и привлекают сюда и туристов из-за рубежа, потому что любой иностранец знает, что в Екатеринбурге в консульстве его страны ему будет обеспечена полная консульская защита.

Мы будем способствовать развитию въездного туризма из других регионов Российской Федерации, для этого мы развиваем маршрут Серебряного кольца, район Верхотурья, Алапаевска, Синячихи.

Сколько человек планирует принять наш город во время саммита?

Подсчеты разные – кто-то говорит, что одних журналистов будет полторы тысячи, будет от 12 до 14 глав государств, которые приедут со своим окружением, плюс разные делегации – официальные и неофициальные. Думаю, будет порядка нескольких тысяч человек.

Из этого вытекает следующий вопрос – что будет твориться в период проведения саммита в Екатеринбурге, если даже сейчас в городе невозможные пробки, а количество автомобилей все увеличивается. Конечно, о расширении дорог говорят много, но в городе фактически нет места, чтобы их расширять…

Пробки в городе сейчас во многом возникают потому, что ведутся работы по благоустройству улиц, на это выделяются большие средства и из федерального, и из областного бюджетов. Из федерального бюджета выделяется на строительство и реконструкцию дорог в Екатеринбурге 517 млн. рублей, из областного бюджета дополнительно кроме тех средств, что были заложены изначально, сейчас выделяем 400 млн. рублей, плюс 118 млн. даем на строительство развязки на улице Расточная, которая позволит выехать на тагильский тракт. Также дам дополнительно из областного бюджета 60 млн. на строительство дороги к микрорайону Академический.

Плюс дополнительно мы выделяем средства на строительство метрополитена – помимо тех 300 с лишним млн. рублей, которые мы выделяем на строительство метро, мы сейчас дополнительно даем Екатеринбургу еще 200 млн. рублей. Мы добиваемся выделения федеральных средств, и надеемся, что и Екатеринбург использует свой профицит – а он у них в этом году будет очень большой, больше 1 млрд. – и на дорожное строительство, и на метрополитен.

Развязки развязками, но центр города забит… А расширять дороги некуда.

В центре города, я согласен с вами, расширяться некуда. В будущем, возможно, будем задумываться о строительстве тоннелей, как это делается в ряде городов России, например, в Москве. Кроме того, есть вопросы, связанные с оптимизацией движения, может быть, и дальше будем делать дороги только с односторонним движением. Также есть вопросы с работой светофоров, над этим сейчас ведется работа, в том числе и с привлечением зарубежного опыта, например, итальянского.

К саммиту ШОС мы будем выделять средства для того, чтобы можно было в оперативном режиме отслеживать транспортные потоки и перенаправлять их. Здесь очень многое зависит и от организационного решения.

Как планируется развивать северные территории нашей области? В регионе есть города, которые значительно менее развиты, чем Екатеринбург. Несмотря на то, что большинство средств уходит в областной бюджет, многие наши муниципалитеты очень плохо живут.

Ну во-первых, наши муниципалитеты уже живут лучше, и показатели говорят об этом. Сейчас у муниципалитетов гораздо больше средств, чем было в прошлом году, уже не говоря о предыдущих годах. Второй момент – сейчас мы выделяем очень большие средства на строительство дорог. И в первую очередь, дорог на севере – дорога от Ивделя на Ханты-Мансийск, которая откроет сквозное сообщение от Сибири и Дальнего Востока до Москвы и позволит сократить пробег автомобилей на 700 км. Все основное движение по этой трассе пойдет из северных регионов страны на Москву через Свердловскую область – это мощный толчок для развития всех муниципальных образований, которые там находятся. И Гарей, и Ивделя, и ряда других.

Кроме того, мы активно занимаемся поиском инвесторов для развития этих территорий, в частности, с учетом того, что там большие природные богатства. В Ивдельском муниципальном образовании есть большие запасы меди, которые разрабатывает Уральская горно-металлургическая компания. Например, сейчас в Сосьвинском районе сейчас строится деревоперерабатывающий комбинат, который будет производить фанеру. Он даст работу многим сотням, если не тысячам людей.

В связи с предыдущим вопросом – как думаете решать проблему оттока населения из провинции? Большинство маленьких городов является кузницей кадров для мегаполисов.

Совершенно верно – мы рассматриваем сейчас много и других инвестиционных проектов, которые будут способствовать привлечению инвестиций для разработки и переработки сырья, в развитие потребкоопераций, когда можно собирать ягоды, грибы, и сдавать на переработку.

У меня как журналиста в последнее время складывается ощущение, что о нацпроектах стали говорить значительно меньше. Я не ошибаюсь?

Ошибаетесь. Возможно, стали говорить меньше средства массовой информации, но работа в этом направлении ведется колоссальная по любому из этих проектов. И конечно, нацпроекты у нас в регионе выполнялись успешно и будут выполняться успешно. Мы стали победителями в целом ряде конкурсов – и в области образования, и здравоохранения. Многие наши производства получили заказы со всей страны – к примеру, в медицине это аппарат искусственной почки, аппарат искусственной вентиляции легких.

Раз уже затронули тему здравоохранения. Губернатор говорил о том, что область будет поддерживать развитие производства инсулина, которое в 2007 году планирует запустить холдинг «Юнона».

Инсулиновое производство будет создано впервые в России, причем это генноинженерный человеческий инсулин. Производство будет запущено до конца этого года, поддержка осуществляется как со стороны правительства, так и со стороны федеральных структур. Это, по большому счету, задача президента – создание таких импортозаменяющих производств. Начнем с того, что до этого холдинг «Юнона» создал мощное производство инфузионных аппаратов, диализных растворов, которые находят спрос по всей России. В этом году мы пустим завод по производству инсулина. Это стратегический проект – заказы по всей России, кроме того, это позволит отказаться от импорта важнейшего лекарственного препарата. Статистика заболевания диабетом в стране растет, и сейчас мы полностью зависим от зарубежных поставщиков, от колебаний цен на рынке. Свердловской области это даст дополнительные рабочие места, заказы, поступления в бюджет, налоги.

Что касается нацпроекта «Образование». По статистике школам не хватает учителей музыки, физкультуры, иностранного языка. Люди не хотят работать в сельской местности. Получается, что есть какие-то недостатки в выполнении нацпроекта?

У нас проблемы как у всей страны. Зарплата учителей ниже, чем, к примеру, в промышленности, тем более, трудно привлечь специалистов на село. Для того чтобы решать эту проблему, мы изменяем систему оплаты труда – она становится более дифференцированной. И будет зависеть не от количества проведенных уроков, а от качественных показателей. К примеру, от количества учеников в классе, сложности тематики, которую учитель поднимает на уроках. Будет стимулирующая надбавка, которая позволит директорам заведений увеличивать зарплату учителей в зависимости от вклада в воспитание ребенка. Также область доплачивает за классное руководство, выплачивает молодым специалистам, которые приезжают на село, 30 тысяч рублей. Помогаем строить жилье для молодых специалистов, чтобы приезжали в село, и, ну не знаю, не мыкались из угла в угол.

Кстати, о жилье. В Екатеринбурге строится очень много жилья – количество строительных кранов в городском ландшафте просто огромное. Но при этом ситуация с жильем у нас не улучшается – цены по-прежнему высоки, и вопрос жилья стоит очень остро. Зачастую человек не имеет возможности или желания приобретать жилье в собственность, расскажите, как стоит проблема с получением муниципального жилья, на условиях социального найма.

Законодательство меняется. Социального найма как такового уже практически нет. Для малоимущих, бюджетников, инвалидов и ветеранов, для молодых семей мы имеем возможность оказывать поддержку в приобретении жилья. Помогаем переселению тех граждан, которые проживают в аварийном жилье, приобретаем квартиры детям-сиротам за счет бюджета. Развиваем систему молодежных жилищных кооперативов, когда один из членов молодой семьи участвует в строительстве жилья и получает за это квартиру. Развиваем систему ипотечного кредитования – в этом году будет выдано кредитов, я надеюсь, почти на 6 млрд. рублей. Для того чтобы облегчить застройщикам привлечение средств, мы вместе с муниципалитетами представляем им готовые площадки и гарантии для того, чтобы они могли получить кредиты у коммерческих банков под более низкий процент, потому что это уже гарантии бюджета Свердловской области.

А правительство будет отслеживать, чтобы застройщики не задирали цены?

Это для того и делается. Чтобы застройщики могли получать кредиты под низкий процент, мы даем специальные бюджетные гарантии, но мы каждый раз рассматриваем, сколько будет стоить квартира, на каких условиях застройщик собирается брать кредит, и если цены предполагаются неоправданно высокие, мы, конечно, отказываем.

Скажите, будут ли у нас строиться дома для журналистов – когда-то такая практика была.

Если бюджетное наполнение нам позволит, то я думаю, что можно вновь вернуться к ней.

А что значит – позволит?

Ну то есть если все нормально будет с бюджетом Свердловской области, то мы можем оказать какую-то поддержку в строительстве домов для журналистов, для работников культуры.

Вопрос вам как историку. В разное время существовали разные нацпроекты (проект по электрификации, «чашка риса» в Китае). Вы рассматриваете наши нацпроекты как идею объединения нации посредством некой общей цели?

Вообще, это идея сохранения и развития нации. Нацпроект создан не для того, чтобы объединить нацию, а для того, чтобы сохранить ее и дать ей возможность развиваться. Нация объединяется путем развития национальной идеи.

А у нас есть национальная идея?

Я думаю, что да. Это идея воспитания нашей страны в духе патриотизма, гордости на свою нацию, за свою страну, за свой народ. Я вам скажу, что если сравнивать с тем, что было несколько лет назад, то дух патриотизма уже существует. Даже молодые люди, особенно когда речь идет о спортивных состязаниях, праздниках, с удовольствием ходят с национальными флагами, надевают футболки с государственной символикой. Есть уже понимание того, что Россия поднимается с колен, развивается, Россия была, есть и будет великой страной.

После того как вы стали премьер-министром, как у вас обстоят дела с личным временем? Стало его больше или меньше?

Конечно, меньше!

А как семья к этому относится?

Стоически. Ну что делать, это нужно воспринимать как данность.

Гордятся?

Ну наверное, гордятся, хотя видят меня в несколько раз меньше, чем раньше.

Виктор Анатольевич, какая у вас мечта? Что-то, может, не связанное с карьерой, что-то, чего так и не достигли…

В юности, в школе я мечтал стать дипломатом. В какой-то мере эта мечта осуществилось. Сейчас мечтаю, по крайней мере, разобраться со всеми делами, которые есть на этом посту.